Квартира Канамэ --->

Молодой врач был на рабочем месте около восьми утра. Не смотря на то, что спал он от силы часов пять, состояние было вполне себе сносное, Канамэ даже хотелось работать, чтобы окончательно отвлечься от мыслей. Открыв кабинет, юноша зашел внутрь, повесил плащ на вешалку, вымыл руки, одел халат, который снял с вешалки, висевшей в шкафу, после чего сел за стол, чтобы просмотреть кое-какие бумаги и свериться со списками студентов.

Отредактировано Hiyuuga Kaname (2009-07-25 14:38:10)

От бумажной работы, такой ненавистной большинством его коллег, Канамэ отвлек стук в дверь. Юноша, сощурившись, оглянулся, гадая, кто это может быть, через несколько секунд отозвался негромко:

- Войдите.

Кто бы это ни был, а с документами придется подождать. Молодой врач вздохнул, откладывая стопку бумаг на край стола, обернулся к двери, одновременно приглаживая светлые волосы. Когда в кабинет заглянула студентка, юноша невольно улыбнулся: уголками губ, едва заметно, впрочем, улыбка быстро пропала, поскольку Канамэ от чего-то счел ее неправильной и неуместной. Губы от короткого напряжения почти заныли.

"Мы почти научились смеяться, но..."

- Доброе утро, София-сан, - не смотря на отсутствие улыбки, голос молодого врача был привычно теплым. - Ну вот, я же вам говорил, - мягким тоном. - Не следовало бегать под дождем по холодным улицам. Осень все-таки. Вы присаживайтесь, сейчас я вас осмотрю, - Канамэ окинул девушку пристальным взглядом, прикидывая, какие симптомы кроме горла могут быть еще, или в скором времени появятся. Конечно, не всегда можно было угадать, но у юноши часто получалось. - Возможно, удастся пресечь болезнь в самом ее начале, - сказал он после короткой паузы.

Канамэ улыбнулся коротко, уголком рта, но снова как-то неестественно, поэтому мгновенно посерьезнел.

- Да, многие в вашем возрасте думают именно так, - отстраненно, хотя и с привычной мягкостью в голосе заметил молодой врач. - Я вот тоже думал... - он на секунду отвел взгляд, вздохнул. Протянул руки, осторожно пощупал виски девушки, потом шею с обоих сторон, едва касаясь ее кожи холодными пальцами. Заглянул в глаза, сощурившись, дотянулся до стола, где в стакане лежали стерильные шпатели, взял один.

- То, что у вас голова болит, - это неудивительно после ваших слов, - Канамэ почти заставил себя улыбнуться, чтобы его слова не звучали так холодно и равнодушно; взгляд юноши однако оставался отстраненным и безэмоциональным. - Впрочем, действительно, вполне возможно, что это и не из-за болезни - ничего серьезного я пока не вижу. Откройте рот, пожалуйста, София-сан, - мягко.

Про себя молодой врач уже сделал кое-какие выводы на счет состояния студентки: как он и думал с самого начала, болезнь удалось поймать много заранее, поэтому вылечить ее можно будет быстро и эффективно, главное только, чтобы девушка серьезно отнеслась к собственному здоровью.

Отредактировано Hiyuuga Kaname (2009-07-26 14:25:49)

Внимательно, но быстро осмотрев горло студентки, молодой врач кивнул каким-то своим мыслям. Отвернулся, убирая шпатель в ящик, где лежали использованные инструменты. Канамэ всегда пользовался только стерильными, никогда не делая исключений, тогда как он слышал, что некоторые его коллеги на практике пренебрегали подобным, хотя прекрасно знали медицинскую программу и что несет в себе нестерильный инструмент.

- Да, конечно, надежда присутствует, - отозвался Канамэ, отходя к шкафчику, где находились необходимые для работы лекарства. - Я бы даже сказал, что она весьма велика, - добавил он, не оборачиваясь. Деятельность часто помогает отвлечься от мыслей, однако сегодня у молодого врача было ощущение, что его кидает из стороны в сторону: то результат есть и не думается ни о чем вообще, то совсем наоборот.

Юноша достал из шкафчика небольшой пузырек с лекарством, поставил на стол. Подумал, добавил к нему еще пару таблеток слабого антибиотика для профилактики, хотя, в принципе, не слишком любил использовать в лечении подобные препараты, однако, они как правило гарантировали скорейшее выздоровление. Горло девушки опасений не вызывало вовсе: незначительное покраснение, обычная стандартная простудная инфекция, которую действительно очень легко пресечь, если вовремя заметить.

- Это, - молодой врач указал на пузырек, - трижды в день через час после еды. Антибиотики выпьете сегодня днем за час до еды и перед сном, так же. Плюс ко всему, желательно полоскать горло. Чем чаще, тем лучше. За сегодняшний день, максимум до завтрашнего полудня все должно пройти, - Канамэ улыбнулся одними губами, коротко, почти незаметно.

Казалось бы, когда в твоей жизни происходит такой перелом, при твоем образе жизни и характере тебе не захочется видеть абсолютно никого, к тому же видеть-то по сути и некого, однако Канамэ поймал себя на мысли, что ему наоборот хочется говорить, говорить и говорить на отвлеченные темы, но минус заключался в том, что у него не было знакомых, с которыми вообще можно было о чем-нибудь поговорить. Все они были поверхностными, недалекими людьми, интересующимися только собственными делами, не обращающими внимания на дела других, пока эти дела их не касаются.

Отредактировано Hiyuuga Kaname (2009-07-27 12:41:31)

...одновременно с этим юноша прекрасно понимал, что, возможно, и сам разучился нормально общаться с людьми, привык к деловым отношениям, не идущим дальше. Единственным переломным моментом были два прошедших дня, но от одной мысли о том, что стены обрушились зря, Канамэ становилось как-то не по себе, и он старался и вовсе об этом не думать, хотя периодически мысли об этом сами навязчиво и неотвратимо приходили в голову.

- Что? - рассеянно переспросил Канамэ, отвлекаясь от раздумий и переводя взгляд на девушку. - А, да нет, я не простудился, все в порядке, - улыбка на тонких губах молодого врача снова получилась какой-то неестественной, натянутой и быстро пропала. - Я вообще очень редко болею, - добавил он зачем-то. Потом вздохнул, вновь посмотрел куда-то в сторону, не зная, что еще добавить. - Спасибо вам за заботу, София-сан - вполголоса, после паузы вдруг сказал юноша, не глядя на студентку.

Канамэ невольно вздрогнул, когда девушка взяла его за руку. Подумал мельком, что в последние несколько дней совсем не владеет собой, хотя раньше это получалось легко и непринужденно, привычно, иными словами. Чужие прикосновения никогда не вызывали у молодого врача чувства отвращения, в конце концов, ему самому каждый день приходилось касаться совершенно незнакомых ему людей, с целью вылечить и помочь. Но эти прикосновения, конечно, были другими, эмоциональный ряд отличался кординально.

Юноша посмотрел на студентку со смесью удивления и растерянности. Он совсем не предполагал, что незнакомая ему по сути девушка, встреченная вчера случайно, вдруг будет беспокоиться, спрашивать и говорить о таких вещах настолько искренне, что сложно не верить, не смотря на то, что обычно молодой врач держался на расстоянии от всех, с кем общался, даже учитывая тот факт, что он чаще всего был добр и мягок, и вряд ли кто догадывался о том, что на самом деле творится у него в душе.

- София-сан... - Канамэ вздохнул, не сводя взгляда с лица студентки. Он и сам не знал, что следует отвечать на подобное, поскольку не привык к такому отношению, к тому же пребывая в состоянии равнодушия ко всему вокруг, сложно переключиться на эмоции, на те эмоции, о которых думать не хотелось. Искренние слова девушки заставили его вспомнить, что произошло вчера. Молодой врач, как ни старался, не смог теперь отмахнуться от мыслей так легко, как делал это всегда, хотя воспоминания были обрывочные, неясные и туманные. Юноше показалось, что его память сама решила стереть подробности, которые причиняли боль, хотя того, что осталось, оказалось достаточно, чтобы холодно-спокойная маска с лица молодого врача исчезла на несколько секунд. Канамэ поспешил прикрыть глаза и отвернуться, хотя потом подумал, что опомнился поздно.

Губы юноши тронула та самая горькая усмешка, что пугала вчера его самого.

- Я... Я очень признателен вам за искренность, - сказал он хрипло. Мысли путались, слова подбирались с неохотой. - Я, правда, не слишком понимаю, чем заслужил подобное, - снова улыбка, короткая, натянутая, но в глазах - нескрываемое недоумение и одновременно - горечь.

- София-сан, я... боюсь только, что помочь тут ничем нельзя. Увы, - молодой врач прикрыл глаза, глядя в сторону.

"...ты был ко мне слишком добр. Это так... больно"

Он действительно не привык обращаться к кому-либо за помощью, обычно обращались за помощью к нему, и он утешал, советовал, разговаривал, часто у него получалось сделать многое, реже - почти ничего, однако как реагировать на то, что помощь вдруг предлагают ему самому, он не знал. Да и правда... чем тут можно помочь, если все ясно и так? Только перестать думать, жить дальше, или стараться жить дальше. Вместе с тем, Канамэ очень боялся почему-то, что его слова заденут Софию, оттолкнут, заставят думать, что он на самом деле равнодушен ко всем, кроме себя. Были и те, кто думал про молодого врача именно так.

О странном кашле, появившемся ни с того ни с сего, Канамэ и сам не мог ничего сказать, поскольку не знал его истинной природы, а суетиться с анализами было как-то ни к месту, да и  юноша подумал, что, возможно, случай единичен и дальше все будет как обычно, без изменений, хотя с другой стороны какое-то едва ощутимое плохое предчувствие у него было.

София была по-своему права, ее слова, быть может, подействовали бы на многих, заставили бы задуматься о том, что все действительно не так плохо, как кажется. Канамэ же, не смотря на то, что обычно смотрел на жизнь с искренней улыбкой, даже сквозь вечную маску, конечно, знал, что время лечит все раны, или хотя бы превращает их в застарелые шрамы, о которых, если и вспоминаешь, то редко, однако столь резкая перемена в собственном характере пугала, пугала еще и тем, что проснувшиеся эмоции оказались не нужны, никому, даже самому юноше. От этого на душе было пусто и горько, и с этим пока ничего не удавалось сделать. Разве что только отвлекаться, как и всегда. Снова прятаться за маской теплых улыбок, храня где-то внутри почти отчаянную теперь надежду когда-нибудь оказаться кому-то нужным, по-настоящему, взаимно. Но невозможно сразу после случившегося перелома улыбаться по-прежнему, когда ты понял, что открылся кому-то зря.

- Да, вы правы, - с какой-то горькой иронией проговорил молодой врач, сам того не желая, поэтому осекся, как-то виновато покачал головой. - Возможно, все и правда не так плохо, как кажется, - он говорил и не верил сам себе, лгал сам себе. Не может все пройти так скоро, для этого нужно время, много времени, возможно, а, может быть, и меньше, чем кажется. Это можно только переждать, пережить, отвлечься. Как-то, на что-то... на кого-то? Однако сказанные фразы казались банальными и фальшивыми настолько, что Канамэ мысленно поморщился от своих же собственных слов.

- Будут другие, гораздо лучше... - задумчиво-отстраненно, скорее себе самому, нежели в ответ на монолог Софии вполголоса сказал юноша. Усмехнулся тихо. - Многим нужен. Да, я знаю.

Он действительно осознавал, что нужен многим. Как врач, но не как человек. Хотя, не смотря на это, работа всегда была для него отдушиной, в которую можно было спрятаться от надоевшего одиночества. Так было до этих сумасшедших дней, будет и теперь. Перемена не удалась, однако что поделаешь. А ему самому по сути никто и никогда нужен не был, или он сам себе не признавался, что ему кто-то нужен, до недавнего момента. Но... но.

- Вы... совсем не настойчивы, - голос Канамэ прозвучал совсем тихо, в нем была едва слышимая привычная мягкость. - Я, правда, очень благодарен вам за неожиданную поддержку, - юноше хотелось, чтобы эти слова казались такими же искренними, как казались слова девушки до этого, ведь это было на самом деле так, однако интонации получились скорее усталыми.

Жутко хотелось курить. Молодого врача останавливало лишь воспоминание о ночном приступе кашля и боли в легких, повторения подобного он совсем не желал.

Отредактировано Hiyuuga Kaname (2009-07-27 18:40:45)

Канамэ снова вздохнул, рассеянно провел рукой по волосам, на мгновение отведя взгляд в сторону окна, потом, опустив руку, посмотрел на девушку. В уголках губ замерла теплая улыбка. Молодой врач смотрел на Софию несколько секунд, потом сказал:

- Не берите в голову, София-сан, - фраза прозвучало беззаботно и равнодушно одновременно. Юноше изначально меньше всего хотелось, чтобы его проблемы как-то затронули других, испортили настроение, задели - все равно. - И не стоит извиняться, - добавил Канамэ все с теми же мягкими интонациями. - Нет, не весь. Пить по одной чайной ложке, запивая водой. В инструкции все написано, - пояснил молодой врач.

Услышав звонок, юноша невольно посмотрел на дверь, сощурив глаза. Он и сам не заметил, что время пролетело так быстро. Вроде бы только что пришел, семь утра, а, не успел оглянуться, уже восемь. Как будто провал в памяти. Канамэ инстинктивно скорее потер висок, поморщился, потом обернулся к девушке, улыбнулся ей.

- Удачи на занятиях, София-сан. Если вам вдруг станет хуже, приходите обязательно. Хотя, надеюсь, лекарства помогут, - тепло.

- Спасибо, - вполголоса отозвался молодой врач на последнюю фразу студентки, впрочем не сильно беспокоясь, если она уже его не услышала. Отведя взгляд от закрывшейся за Софией двери, юноша осмотрел кабинет, постоял некоторое время у окна, задумчиво наблюдая за происходящим на улице, потом решил все-таки выйти на крыльцо и покурить, понадеявшись на то, что приступа больше не случится.

----> Коридор 1-ого этажа.